Первый гражданский отряд космонавтов СССР: как сложилась судьба отважной «восьмерки»
23 мая 1966 года в Центральном конструкторском бюро экспериментального машиностроения (ЦКБЭМ, бывшее королёвское ОКБ-1) появился первый в СССР гражданский отряд космонавтов. В отличие от «гагаринского» набора, он состоял не из военных летчиков, а из гражданских инженеров и конструкторов. Они не имели летной подготовки, но досконально знали космическую технику и смогли доказать, что готовы сами испытывать ее в полете. Каким был этот отряд и как сложилась судьба его участников, рассказывает академик Российской академии космонавтики им. К.А. Циолковского Игорь Маринин.
Официальный приказ о создании группы подписал Василий Павлович Мишин — новый главный конструктор предприятия, занявший этот пост после внезапной смерти Сергея Павловича Королёва в январе 1966 года. Этот документ юридически зафиксировал результат многолетних усилий руководителя ОКБ-1, который с конца 1961 года доказывал правительству: испытывать сложнейшую космическую технику в полете должны ее создатели, а не только военные летчики. Приказ официально утвердил группу из восьми гражданских инженеров, временно освободив их от основной работы для подготовки к космическим полетам.
ЦКБЭМ стало первопроходцем: вслед за ним собственные отряды и группы гражданских космонавтов начали создавать Академия наук, Центральное конструкторское бюро машиностроения (ЦКБМ), Институт медико-биологических проблем (ИМБП), Летно-исследовательский институт (ЛИИ) и другие ведомства.
Почему для первых полетов в космос требовались летчики-истребители
К концу 1959 года в ОКБ-1 под руководством главного конструктора Сергея Королёва завершалась разработка первого в мире пилотируемого космического корабля, получившего позже название «Восток». Первый пилотируемый полет запланировали на декабрь 1960 года, поэтому встал острый вопрос, кто станет первым испытателем
Конструкторы ОКБ-1 к этому времени имели большой опыт в создании ракет-носителей, спутников и межпланетных станций, работавших в автоматическом режиме. Кроме того, в то время никто не знал, как поведет себя человеческий организм в экстремальных условиях космоса, и не было уверенности, что психика пилота выдержит. Поэтому первый корабль «Восток» должен был выполнять полет полностью в автоматическом режиме. Тем не менее на нем установили пульт, благодаря которому пилот мог при отказе автоматики взять управление на себя, сориентировать корабль и вручную свести его с орбиты. Таким образом, роль человека на борту была сведена к минимуму.
Для испытания такой «упрощенной» техники нужны были прежде всего военные летчики — абсолютно здоровые люди с устойчивой психикой. По роду службы им уже предстояло переносить неимоверные перегрузки, работать несколько дней в замкнутом пространстве кабины, быстро принимать решения в непредвиденных ситуациях, катапультироваться и приземляться на парашюте. Кроме того, в ходе космического полета пилот должен был выполнять минимальную программу: поесть, поспать, провести фотосъемку Земли, выполнить несложные медико-биологические эксперименты и подробно рассказать обо всем конструкторам для дальнейшего совершенствования корабля. Высшее образование от кандидатов тогда не требовалось.
Для первых полетов по предложению Королёва было решено отобрать молодых и подготовленных военных летчиков истребительной авиации ВВС и ПВО. Отбор и подготовка к космическим полетам таких летчиков были поручены военным врачам Научно-исследовательского института авиационной и космической медицины (НИИАКМ). В марте–июне 1960 года они отобрали 20 летчиков-истребителей, из которых лишь двое имели высшее образование. В октябре 1960-го из них выделили шесть человек, и к декабрю они были подготовлены к полету на корабле-спутнике. (Первый в мире пилотируемый космический полет Юрия Гагарина по различным причинам состоялся лишь 12 апреля 1961-го).
Предпосылки полета в космос гражданских инженеров
Первые два полета показали, что человек может работать на кораблях «Восток» и что для его подготовки требуется не так много времени. Но Королёв смотрел далеко вперед. В ОКБ-1 началась разработка более сложных космических кораблей: трехместного «Восхода», корабля для облета Луны («Союз») и для военно-прикладных полетов по программе «Север». Обе программы предусматривали маневры со стыковками на орбите. Для испытания таких кораблей требовались пилоты, обладающие глубокими техническими знаниями. А это значит, что в космос должны летать специалисты, а лучше всего — инженеры — создатели космической техники из ОКБ-1.
В конце 1961 года Королёв поручил начальнику 9-го проектного отдела Михаилу Тихонравову собирать заявления от инженеров ОКБ-1, желающих самим испытывать космическую технику, а сам в феврале 1962 года направил в Правительство СССР документ с обоснованием необходимости участия в полетах инженеров и ученых. Но положительного решения по этому вопросу не последовало. 60 заявлений до поры до времени так и остались в отдельной папочке Тихонравова.
В начале 1963 года в том же 9-м отделе ОКБ-1 инженер-проектант Владимир Евграфович Бугров «сколотил» группу из 15 инженеров, которые решили в свободное от работы время сами начать подготовку к полетам. Тихонравов доложил об этой инициативе Королёву, и тот не только разрешил такую подготовку, но и расширил список участников. Был разработан план подготовки, организованы парашютные прыжки. Но лететь в космос было еще не на чем. От создания «Севера» отказались, а разработка трехместного «Союза» сильно отстала от графика.
В конце 1963 года Сергею Королёву пришла идея модернизировать одноместный «Восток» так, чтобы разместить в нем двух или даже трех человек. Он изложил идею проектантам. Казалось, это невозможно. Но Королёв объявил, что одно из мест в этом корабле обязательно займет инженер ОКБ-1. И тогда работа закипела. В начале 1964-го создание трехместного корабля поддержал лично Никита Сергеевич Хрущев, так как реализация этой идеи позволяла «утереть нос» американцам, которые вели работы над двухместным космическим кораблем «Джемини».
13 мая 1964-го вышло соответствующее Постановление ЦК КПСС и Совета Министров СССР. И произошло, с точки зрения сегодняшнего наблюдателя, невероятное: трехместный корабль не только «завязался» - к осени того же года на заводе № 88 были собраны целых два корабля (для беспилотного и пилотируемого полета).
В апреле 1964 года приказом Королёва в ОКБ-1 был создан Летно-испытательный отдел № 90, ставший прообразом отряда космонавтов. Исполняющим обязанности начальника этого отдела 5 мая 1964 года был назначен вышедший в отставку 54-летний полковник, Герой Советского Союза, заслуженный летчик-испытатель Сергей Николаевич Анохин. Сергей Павлович предполагал доверить именно ему первую стыковку двух пилотируемых кораблей «Союз»
Один глаз — не помеха: биография командира отряда гражданских космонавтов Сергея Анохина
Перед отделом были поставлены задачи летных испытаний всех видов снаряжения, приборов и агрегатов космических кораблей, организация отбора в космонавты сотрудников ОКБ-1, их подготовка для полета в должностях бортинженеров и космонавтов-исследователей без отрыва от основной работы (чтобы не теряли квалификацию), а также формирование полетных заданий, разработка полетной документации и технических заданий на тренажеры и стенды. Сотрудники отдела должны были принимать участие и в управлении полетами.
Тогда же из 60 сотрудников ОКБ-1 Тихонравов отобрал 13 инженеров для отправки на медобследование в Центральный военный научно-исследовательский авиационный госпиталь (ЦВНИАГ) ВВС, в котором проходили медкомиссию все военные космонавты. Но вскоре выяснилось, что старший инженер 27-го отдела Алексей Станиславович Елисеев по собственной инициативе уже прошел медкомиссию, а Владимира Евграфовича Бугрова вычеркнул из списка отдел кадров, так как ему не хватало двух месяцев до необходимого трехлетнего стажа работы на предприятии.
К июню 1964 года с дистанции по состоянию здоровья сошли В. Зайцев, О. Козюпа, Е. Фролов и А. Сидоров. Получили «добро» военных врачей ЦВНИАГ семеро: В. Волков, Г. Гречко, В. Кубасов, О. Макаров, Н. Рукавишников, К. Феоктистов и В. Яздовский. Из этой семерки Королёв выбрал для подготовки к полету на первом (трехместном) «Восходе» основного проектанта этого корабля Константина Феоктистова и добился его включения в экипаж.
Опытный инженер после всего лишь четырехмесячной подготовки стал первым в мире гражданским космонавтом, а его успешный полет 12–13 октября 1964 года показал, что в космосе могут эффективно работать и люди с серьезными отклонениями от идеального здоровья военных летчиков.
Отбор в первый гражданский отряд космонавтов СССР
Тем временем, чтобы не зависеть от врачей Военно-воздушных сил, в октябре 1963 года Сергей Королёв «пробил» через правительство решение о создании в Министерстве здравоохранения Института медико-биологических проблем (ИМБП). Весной 1965 года там была сформирована Комиссия по отбору гражданских космонавтов. С.П. Анохин в своем 90-м отделе стал формировать группы инженеров (кандидаты из той же папки Тихонравова) и отправлять их на медкомиссию в ИМБП.
В 1965-м добро медиков успели получить 12 инженеров, но после внезапной кончины Сергея Павловича Королёва 14 января 1966-го все дело застопорилось. Исполняющим обязанности главного конструктора ЦКБЭМ был назначен его первый заместитель Василий Павлович Мишин, который и довел до конца создание на предприятии гражданского отряда космонавтов.
По инициативе Мишина 15 марта 1966 года вышел приказ министра общего машиностроения С.А. Афанасьева № 121, который подтверждал права 90-го отдела ОКБ-1 на отбор и подготовку космонавтов-испытателей и космонавтов-исследователей для полетов на кораблях «Союз».
9 апреля 1966-го Мишин выпустил приказ №25, который предписывал в Летно-испытательном отделе (отдел № 90, после преобразования ОКБ-1 в Центральное КБ экспериментального машиностроения получил №731) сформировать группу инженеров-испытателей. Для их отбора сформирована Мандатная комиссия, в которую вошли заместители главного конструктора К.Д. Бушуев и П.В. Цыбин, начальник 3-го Главного управления при Минздраве СССР В.Н. Правецкий*, начальник отдела С.Н. Анохин, а также единственный на тот момент космонавт предприятия К.П. Феоктистов, занимавший должность заместителя начальника 35-го проектного отдела и инструктора-испытателя. Кроме того, в комиссию включили секретаря партийного комитета А.П. Тишкина и секретаря заводского комитета А.А. Зуева. Возглавил комиссию М.К. Тихонравов.
* 3-е Главное управление при Минздраве СССР было секретной структурой, которая занималась исследованиями в области жизнеобеспечения людей при космических полетах, профилактикой и лечением работников предприятий Министерства среднего машиностроения СССР, а также сотрудников НИИ, занятых атомной тематикой и разработкой новых типов ядерного оружия.
Двенадцать инженеров, прошедших медкомиссию в ИМБП в 1965 году, прошли ее повторно. По ее результатам Мандатная комиссия рекомендовала для подготовки в космонавты только девять сотрудников ЦКБЭМ: С.Н. Анохина (исполняющий обязанности начальника 90-го отдела), В.Е. Бугрова (старший инженер 93-го отдела), В.Н. Волкова (заместитель ведущего конструктора кораблей «Восток» (3КА), «Восход» (3КВ) и «Восход-2» (3КД)), Г.М. Гречко (начальник группы 17-го отдела), Г.А. Долгополова (начальник группы 11-го отдела), А.С. Елисеева (старший инженер 27-го отдела), В.Н.Кубасов (начальник группы 17-го отдела), О.Г. Макарова (и.о. начальника сектора 93-го отдела) и В.А. Тимченко (начальник сектора 11-го отдела).
Формирование первого гражданского отряда космонавтов СССР
23 мая 1966 года Василий Мишин издал приказ по предприятию №47 С: «Для выполнения специальных работ включить в состав группы подготовки космонавтов-испытателей и космонавтов-исследователей следующих работников предприятия <…>». Из списка, рекомендованного Мандатной комиссией, В.П. Мишин собственноручно вычеркнул В.А. Тимченко из-за сильной загруженности в КБ (по другой информации — из-за недавно полученного выговора). «Указанных работников предприятия временно освободить от занимаемых должностей сроком с 25 мая по 1 декабря с.г.», — так завершился текст приказа №47 С.
Таким образом, 23 мая 1966 года можно считать днем образования первого в СССР отряда гражданских космонавтов.
Тем же числом переведены в штат 731-го отдела и назначены на должности испытателей (сейчас бы сказали — кандидатами в космонавты-испытатели) В.Е. Бугров, В.Н. Волков, Г.А. Долгополов, А.С. Елисеев, В.Н. Кубасов и О.Г. Макаров, а Г.М. Гречко, работавший в ОКБ-1 над диссертацией кандидата технических наук, — на должность исследователя. 7 июля 1966 года начальником 731-го отдела и фактически первого гражданского отряда космонавтов был назначен С.Н. Анохин.
Это решение было подкреплена решением Военно-промышленной комиссии при Совете Министров СССР (главного правительственного органа по управлению оборонной и космической промышленностью) № 144 от 17 июня 1966 года, которое поручало Министерству общего машиностроения (С.А. Афанасьев) совместно с Министерством обороны (Р.Я. Малиновский) и Минздравом (Б.В. Петровский) рассмотреть состояние подготовки экипажей 7К-ОК (индекс первых кораблей «Союз») на предмет включения в их состав научных работников.
«Поселили нас в нашем профилактории, расположенном в лесу рядом с предприятием, — вспоминает В.Е. Бугров, — и мы начали подготовку по утвержденной программе. Она предусматривала общефизическую и специальную подготовку, медицинские обследования, лекции по кораблю «Союз», парашютные прыжки в аэроклубе Серпухова, полеты на самолете МиГ-15 и на летающей лаборатории Ту-104АК в Летно-исследовательском институте на невесомость, воднолыжный спорт, испытания в барокамере, на центрифуге, а также решение задач, стоявших перед отделом. Занятия организовывали заслуженный летчик-испытатель, Герой Советского Союза Л. М. Кувшинов и заместитель начальника отдела, бывший летчик А. И. Лобанов (полковник, летчик-испытатель 1-го класса). Опекал наш отряд заместитель Королева, его давний друг по планерам, в прошлом прекрасный авиаконструктор П. В. Цыбин».
Испытатели, а позже и космонавты-испытатели на время работы в экипажах прикомандировывались к ЦПК имени Ю. А. Гагарина. При этом им выделялось время для работы в конструкторском бюро ЦКБЭМ, чтобы не терять квалификацию по своей специальности. После завершения космического полета инженеры-испытатели возвращались в свои отделы. Такая организация дела позволяла сохранять специалистов для предприятия, в том числе и после завершения летно-космической карьеры, а также использовать опыт, приобретенный ими в полетах, при проектировании и модернизации космической техники, постановке новых научных экспериментов и создании новой научной аппаратуры.
Судьба космонавтов первого набора в гражданский отряд СССР
В августе 1966 года В.Н. Волков, Г.М. Гречко, А.С. Елисеев и В.Н. Кубасов были направлены на подготовку в ЦПК ВВС с целью включения в экипажи «Союзов». Георгий Гречко рассказывал автору: «8 октября на парашютном прыжке я сломал ногу. Меня выгнали бы из отряда, но мой ангел-хранитель Владимир Комаров, тогда летавший космонавт, пришел и сказал: "Космонавту нужны не ноги, а голова". Он заставил их вернуть меня на подготовку. Это удивительно, так как мы пришли в Центр подготовки космонавтов чужими, конкурентами летчикам из отряда ЦПК. На физкультуре они на нас давили — брали поодиночке в кружок и учиняли разбор: "Вы чего сюда пришли? Вы пришли занимать наши места? У нас уже все расписано…". И после этого Комаров, будучи тоже военным, вернул меня на подготовку. Друга вернуть каждый может, а вот соперника вернуть — не каждый». Вместо Гречко на экипажную подготовку в ЦПК пришел инженер-испытатель Макаров.
30 декабря 1966 прошедшего подготовку в составе основного экипажа «Союза» по программе стыковки и перехода из корабля в корабль Алексея Елисеева, а так же Олега Макарова, за полтора месяца лучше всех инженеров освоившего всю программу подготовки, перевели на должность космонавтов-испытателей 90 отдела ЦКБЭМ. Прошедших подготовку к этому полету в дублирующем и резервном экипажах Валерия Кубасова и Владислава Волкова перевели на должности космонавтов-испытателей позже — 27 мая и 18 июня 1968 года соответственно.
1 июля 1968-го последним из первого набора гражданских космонавтов стал космонавтом-испытателем восстановившийся после перелома ноги Георгий Гречко.
Все пятеро совершили космические полеты. Владислав Николаевич Волков — два, Георгий Михайлович Гречко, Алексей Станиславович Елисеев, Валерий Николаевич Кубасов и Олег Григорьевич Макаров — по три.
Владимира Евграфовича Бугрова не перевели с должности испытателя на должность космонавта-испытателя, так как к нему появились замечания врачей по здоровью. В надежде «побороть медиков» он продолжил подготовку на базе ЦКБЭМ, но в экипажи не назначался. 12 июля 1968 года он был назначен ведущим конструктором по лунному орбитальному кораблю (11Ф93) и покинул отряд космонавтов ЦКБЭМ (отдел 731). Затем он работал в группе ведущих конструкторов по головным блокам, а с 1982 по 1987 год — был ведущим конструктором по ракетно-космическому комплексу «Энергия — Буран». 18 января 2026 года ему исполнилось 93 года. Он ведет активную жизнь, сотрудничает с музеями, пишет книги.
У Геннадия Александровича Долгополова тоже оказалось не все в порядке со здоровьем. 3 мая 1967 года он был переведен из отряда космонавтов (731-го отдела) в отдел № 3 на должность ведущего инженера. Продолжил работать на предприятии, дослужился до должности заместителя генерального конструктора РКК «Энергия», заместителя руководителя Научно-технического центра. 13 ноября 2008 года он скончался.
Первый командир гражданского отряда космонавтов Сергей Николаевич Анохин, несмотря на свой возраст (более 55 лет), инвалидность (потерял глаз во время испытательного полета самолета МиГ-19 на флаттер) и положительное заключение медицинской комиссии ИМБП, из-за военных врачей ЦВНИАГ не был допущен к подготовке в ЦПК. Тем не менее Анохин активно занимался организацией работ по лунной программе «Н1-Л3» на базе ЦКБЭМ. В 1968 году он возглавлял выезд группы своих инженеров в Сомали, где они изучали звездное небо Южного полушария для отработки космической навигации. Осознав, что военные медики окончательно закрыли ему путь к полетам, Анохин полностью сосредоточился на руководстве отрядом. Он оставался командиром отряда космонавтов до конца 1977 года, а потом до самой кончины 15 апреля 1986 года работал в том же отделе начальником сектора и заместителем командира отряда.
Отряд космонавтов ЦКБЭМ, НПО и РКК «Энергия»
В связи с тем, что Анохина, Бугрова и Долгополова врачи ЦВНИАГ ВВС категорически не допускали к подготовке в ЦПК, а остальные члены отряда уже готовились по программе «Союз», для облета Луны по программе УР-500К — Л1 срочно понадобились бортинженеры. В отряд решили привлечь инженеров, ранее уже прошедших отбор. Николай Рукавишников (получивший одобрение медиков еще в 1964 году) и Виталий Севастьянов успешно подтвердили допуск врачей. 31 января и 1 февраля 1967 года они были переведены в 731-й отдел на должности испытателей, тем самым дополнив первый набор, и сразу начали подготовку к облету Луны.
27 марта 1967 года вышло Постановление ЦК КПСС и Совета Министров №270-105 «О подготовке космонавтов-испытателей и космонавтов-исследователей…». Этим постановлением была подтверждена правомочность наличия групп (отрядов) космонавтов не только в системе Министерства обороны, но и Министерства общего машиностроения (МОМ), куда входило ЦКБЭМ, Академии наук и Минздрава. Этим же положением было поручено сформировать постоянно действующую медицинскую комиссию (ПДМК) для проверки состояния здоровья гражданских космонавтов. Во исполнение этого постановления 22 апреля 1967 года вышел соответствующий Приказ MOM №145.
В последующие годы в отряд гражданских космонавтов (ЦКБЭМ, НПО «Энергия», РКК «Энергия» им. академика С.П. Королёва) было произведено еще 16 наборов.
2-й набор. 18 августа 1967 в отряд зачислили еще трех инженеров: Владимира Никитского, Виктора Пацаева (1 полет) и Валерия Яздовского.
3-й набор. 22 марта 1972 — Борис Андреев, Валентин Лебедев (2 полета) и Юрий Пономарев.
4-й набор. 27 марта 1973 — Владимир Аксенов (2 полета), Александр Иванченков (2), Валерий Рюмин (4) и Геннадий Стрекалов (5).
В 1977-м на должность космонавта-испытателя после перерыва вновь назначили К.П. Феоктистова.
5-й набор. 8 декабря 1978 года (решение Межведомственной комиссии состоялось 1 декабря) — этот набор оказался самым большим. В отряд зачислили сразу 7 инженеров: Александр Александров (2 полета), Александр Баландин (1), Александр Лавейкин (1), Александр Серебров (4), Муса Манаров (2), Виктор Савиных (3) и Владимир Соловьев (2).
6-й набор. 30 июля 1989 — оказался чисто женским. Зачислили в отряд Наталию Кулешову и Ирину Пронину. К ним 16 мая 1983-го примкнула перешедшая из Машиностроительного завода «Скорость» летчик-испытатель Светлана Савицкая (2 полета).
7-й набор. 15 февраля 1984 — зачислили в отряд Сергея Емельянова и Александра Калери (5 полетов).
8-й набор. 2 сентября 1985 — Александр Зайцев и Сергей Крикалёв (6 полетов).
9-й набор. 26 марта 1987 — все препоны отбора прошел только Сергей Авдеев (3 полета).
10-й набор. 25 января 1989 — Николай Бударин (3 полета), Елена Кондакова (2), Александр Полещук (1) и Юрий Усачев (4).
11-й набор. 3 марта 1992 — Павел Виноградов (3 полета), Александр Лазуткин (1) и Сергей Трещев (1).
12-й набор. 1 марта 1994 — Надежда Кужельная и Михаил Тюрин (3).
13-й набор. 9 февраля 1996 — Константин Козеев (1 полет) и Сергей Ревин (1).
14-й набор. 28 июля 1997 — Олег Скрипочка (3 полета), Федор Юрчихин (5), 24 февраля 1998 г. Михаил Корниенко (2). 5 января 1999-го перевелся отряд из ЦСКБ космонавт-испытатель Олег Кононенко (5).
15-й набор. 28 мая 2003 — Олег Артемьев (3 полета), Андрей Борисенко (2) и Марк Серов.
16-й набор. 11 октября 2006 — Елена Серова (1 полет), Николай Тихонов.
17-й набор. 12 октября 2010 — Андрей Бабкин, Иван Вагнер (2 полета), Сергей Кудь-Сверчков (2) и Святослав Морозов. Все четверо после общекосмической подготовки были зачислены в отряд космонавтов РКК «Энергия» на должности кандидатов в космонавты-испытатели.
Этот 17-й набор стал последним набором в отряд космонавтов ЦКБЭМ — НПО «Энергия» — РКК «Энергия имени академика С.П.Королёва. Из 60 инженеров, зачисленных в этот отряд, 16 (26,7%) так и остались на Земле, а 44 (73,3%) стали летчиками-космонавтами, выполнив 198 космических орбитальных полетов (в среднем 4,5 полета на человека).
Расформирование отряда космонавтов РКК «Энергия»
1 октября 2008 года вышло распоряжение Правительства РФ № 1435-р, подписанное в то время председателем правительства Владимиром Путиным. Оно предписывало передать штат сотрудников, все здания и сооружения Российского государственного научно-исследовательского испытательного Центра подготовки космонавтов имени Ю.А. Гагарина Минобороны на баланс Госкорпорации «Роскосмос» и создать на его базе Федеральное государственное бюджетное предприятие «Научно-исследовательский испытательный центр подготовки космонавтов имени Ю.А.Гагарина» (ФГБУ «НИИ ЦПК имени Ю. А. Гагарина»). 16 апреля 2009-го это распоряжение было реализовано. В штат отряда космонавтов ФГБУ НИИ ЦПК Роскосмоса были переведены 18 военных космонавтов-испытателей.
7 декабря 2010 года руководитель Роскосмоса Анатолий Перминов подписал исторический приказ №197 «О создании единого отряда космонавтов». В документе говорилось: «До 1 января 2011 г. создать единый отряд космонавтов Роскосмоса на базе ФГБУ "НИИ ЦПК имени Ю.А. Гагарина". <...> Руководителям ФГБУ "НИИ ЦПК имени Ю.А.Гагарина", ОАО РКК "Энергия" и ГНЦ РФ ИМБП РАН (по согласованию) обеспечить переход в единый отряд космонавтов Роскосмоса сотрудников, стоящих в их предприятиях на штатных должностях кандидатов в космонавты, космонавтов и/или инструкторов-космонавтов».
В результате до февраля 2012 года в отряд ФГБУ ЦПК перешли 14 имеющих летный статус космонавтов-испытателей отряда РКК «Энергия», и этот легендарный отряд перестал существовать.
На летных должностях «космонавт-испытатель» в РКК «Энергия» остались лишь двое: начальник Летно-космического центра Корпорации А.Ю. Калери и его заместитель П.В. Виноградов. Александр Калери в космос больше не поднимался, а Павел Виноградов уже в этом статусе в 2013-м осуществил свой третий, последний космический полет.
Так закончилась история первого гражданского отряда космонавтов, созданного Василием Мишиным по инициативе Сергея Королёва.
Читайте также:
