5 апреля 1909 родился Михаил Рязанский — один из самых засекреченных конструкторов СССР
Он входил в знаменитую шестерку легендарного «королёвского» Совета главных конструкторов. Михаил Рязанский — главный «ракетный радист» СССР, под чьим руководством были разработаны системы радиоуправления космических кораблей «Восток», «Восход» и «Союз», межпланетных станций «Луна», «Венера» и «Марс», а также ряда ракет-носителей. В жизни Михаил Сергеевич был скромным человеком — более того, долгие годы он оставался одним из самых «засекреченных» среди главных конструкторов страны.
Михаил Рязанский родился 5 апреля 1909 года в Санкт-Петербурге, но его детство прошло в солнечном Баку. Там его отец, Сергей Иванович, работал конторщиком в нефтяной компании «Товарищество нефтяного производства братьев Нобель», а мать Александра Алексеевна, — учительницей начальной школы. Интерес к физике и математике у Михаила проявился еще в юном возрасте: будучи в шестом классе, он увидел самодельный детекторный радиоприемник — устройство произвело на него настолько большое впечатление, что он решил смастерить такое же самостоятельно.
В 1923 году семья Рязанских переехала в Москву. Там Михаил вступил в ряды комсомольцев и с 1924-го по 1927-й руководил радиокружком и работал в президиуме Общества друзей радио при МК ВЛКСМ. Популяризаторская деятельность для Рязанского имела большое значение: он стремился увлечь молодежь конструированием собственных приемников и, возможно, сам того не осознавая, служил примером для подражания. Так, Михаил Сергеевич первым в СССР установил радиосвязь с ледоколом «Красин», шедшего спасать экспедицию Умберто Нобиле, которая направлялась к Северному полюсу.
В 1928 году Общество друзей радио рекомендовало Рязанского для работы в Нижегородской радиолаборатории имени В.И. Ленина — на тот момент это был ведущий радиоцентр страны, где трудились М.А. Бонч-Бруевич, Л.И. Мандельштам, Н.Д. Папалекси и другие выдающиеся ученые. Михаил Сергеевич заведовал в этом центре антенным полигоном. С этого времени военная радиотехника становится для Рязанского делом всей его жизни.
Спустя три года его отправляют в Ленинград. Там он поступает в ЛЭТИ, а также устраивается в Особое техническое бюро (Остехбюро), где начинает разрабатывать радиоприемники для Военно-Морского флота СССР. Однако в 1933-м работу пришлось прервать: Рязанский тяжело заболел туберкулезом и уехал на лечение в Башкирию к родителям. После выздоровления ему настоятельно не рекомендовали возвращаться в Ленинград.
Поэтому в 1934 году он перевелся в Московский энергетический институт, который закончил с отличием в 1935-м, защитив диплом по системе передачи закодированной информации. При этом Михаил Сергеевич продолжил работу в Остехбюро — к тому времени оно перекочевало в столицу и преобразовалось в НИИ-20 Министерства электропромышленности. Рязанский активно участвовал в разработке первого советского радиолокатора «Пегматит» — во время Великой Отечественной войны изделие было принято на вооружение Красной Армии и стало производиться серийно. Впоследствии за эту разработку Рязанского наградят Сталинской премией.
Знаковым событием в жизни Михаила Сергеевича стала поездка в Германию в 1945–1946 гг. Он отправился туда в числе видных советских ученых и конструкторов, чтобы ознакомиться с достижениями немецких специалистов в области ракетной техники. В этой поездке он работал вместе с Королёвым, Глушко, Чертоком и другими, что предопределило дальнейший вектор развития его карьеры.
После возвращения в СССР Михаил Рязанский перевелся в НИИ-885 (ныне ФГУП «Российский научно-исследовательский институт космического приборостроения») на должность главного инженера. В 1947 его назначили главным конструктором системы управления баллистической ракеты Р-1, а затем — усовершенствованной Р-2. Так он стал ключевым членом Совета главных конструкторов — объединения, которое возглавлял Сергей Королёв.
«При первом же знакомстве с Сергеем Павловичем мне стало совершенно ясно, что мы имеем дело с крупнейшим организатором науки, крупнейшим организатором техники, — рассказывал Рязанский о своей работе с Королёвым. — И как-то сразу установилась исключительно рабочая, исключительно деловая обстановка… Я считаю, что мне очень повезло в жизни, что удалось все эти годы непосредственно работать с Сергеем Павловичем Королёвым». Михаил Рязанский и Сергей Королёв проработали бок о бок целых 15 лет.
В 1953-м Михаил Сергеевич стал заместителем по научной работе директора НИИ-885, а через два года — директором и главным конструктором НИИ-885. На этом посту он трудился до 1965. В 1958-м Рязанский получил ученую степень доктора технических наук и избрался членом-корреспондентом Академии наук СССР. С 1965 по 1986-й — работал заместителем по научной работе директора ФГУП «РНИИ КП», оставаясь главным конструктором предприятия.
Под непосредственным руководством Михаила Рязанского были разработаны системы радиоуправления ряда ракет-носителей, космических кораблей «Восток», «Восход», «Союз», межпланетных станций «Луна», «Венера», «Марс». Кроме того, он руководил созданием систем для наземного и морского командно-измерительного комплекса по управлению полетами космических объектов, и внес большой вклад в радиотехническое обеспечение пилотируемых космических полетов.
В 1956 году его присвоили звание Героя Социалистического Труда и вручили медаль Золотая Звезда и орден Ленина за успешную разработку баллистической ракеты средней дальности Р-5. Спустя год Рязанский стал лауреатом Ленинской премии за создание легендарной Р-7 и успешный запуск Первого в мире искусственного спутника Земли. Также Михаилу Сергеевичу вручили четыре ордена Ленина, в том числе один за успешное осуществление первого в мире полета человека в космос (1961), орден Октябрьской Революции и два ордена Трудового Красного Знамени (один из них — за успешное осуществление совместного полета космических кораблей «Союз» — «Аполлон»).
Несмотря на все свои достижения, Михаил Сергеевич был очень скромным человеком. Он считал, что не стоит преувеличивать личный вклад в общие достижения. Возможно, именно поэтому он долгое время оставался «самым засекреченным» среди главных конструкторов СССР. Но сегодня о вкладе Рязанского в отечественную космонавтику можно говорить открыто.
Примечательно, что Рязанский входил в особый список ЦРУ — в нем были ключевые фигуры, участвовавшие в советских ракетных разработках. Подробнее об этом списке рассказывали здесь.