23 июня 1994 официально стартовало российско-американское партнерство по проекту МКС

В феврале 1993 года президент США Билл Клинтон поручил NASA радикально сократить расходы на проектирование национальной космической станции Freedom. Почти одновременно на высшем государственном уровне начался дипломатический демонтаж барьеров Холодной войны. В апреле 1993 года на саммите в Ванкувере Билл Клинтон и президент России Борис Ельцин объявили о начале масштабного технологического партнёрства. Для его реализации была учреждена Российско-Американская комиссия по экономическому и технологическому сотрудничеству.

В международной политической практике она получила название комиссии «Гор — Черномырдин» — по именам сопредседателей: вице-президента США Альберта Гора и главы российского правительства Виктора Черномырдина. Статус этого органа позволял решать сложнейшие вопросы напрямую, минуя бюрократические барьеры министерств, что открыло возможность для прямого взаимодействия технических специалистов. И уже в марте–апреле 1993 года директор Российского космического агентства Юрий Коптев и генеральный директор НПО «Энергия» Юрий Семёнов смогли провести серию прямых встреч с главой американского ведомства Дэниэлом Голдиным, представив ему чертежи и компоновочные схемы орбитальной станции «Мир-2».

Голдин, пришедший из оборонной промышленности, продвигал жёсткий управленческий принцип «быстрее, лучше, дешевле». Он быстро понял, что интеграция готовых российских модулей позволит NASA сэкономить миллиарды долларов и годы разработок на зашедшем в финансовый тупик американском проекте. Голдин не просто оценил перспективу, а сразу согласился на сотрудничество, став его ключевым лоббистом в Вашингтоне. Глава NASA понимал: интеграция программ — единственный способ спасти американскую программу создания пилотируемой космической станции от закрытия Конгрессом. Ценность российского предложения заключалась в получении немедленного доступа к готовой орбитальной инфраструктуре, которой у США не было.

Первым шагом на межгосударственном уровне стало подписание 2 сентября 1993 года Виктором Черномырдиным и Альбертом Гором политического рамочного «Совместного заявления о сотрудничестве в космосе». После этого технические специалисты приступили к реализации регламентов, и к ноябрю 1993 года NASA и Российское космическое агентство утвердили детальный план совместных работ, окончательно объединив элементы «Мира-2» и Freedom в проект будущей МКС.

Логическим результатом этих последовательных процессов стало 23 июня 1994 года. В Вашингтоне директор Российского космического агентства и администратор NASA подписали «Временное соглашение о сотрудничестве в области проектирования, разработки, эксплуатации и использования Международной космической станции (МКС)». Этот документ зафиксировал переход от переговоров к юридически обязывающему этапу и нормативно закрепил участие России в проекте. Соглашение носило предварительный характер, определяя порядок проведения совместных работ до заключения окончательных договоров. Полноценное межправительственное соглашение с подписями пятнадцати стран было заключено позже — 29 января 1998 года.

Юридической базой для выделения средств стал подписанный в рамках соглашения долгосрочный контракт, зафиксировавший обязательства NASA по регулярному ежегодному финансированию российских целевых работ. Смысл этих траншей для Голдина заключался в оплате Первого этапа программы МКС — аренде рабочего времени на действующей станции «Мир» и подготовке инфраструктуры для полетов кораблей Space Shuttle. Поскольку в США на тот момент не было ни одного готового блока собственной станции Freedom, приобретение доступа к российскому опыту долговременных полетов и летающей орбитальной платформе позволило американскому ведомству немедленно перенести работу с бумаги на железо.

В день подписания Временного соглашения, 23 июня 1994 года, было объявлено о запуске совместной программы «Мир — Шаттл», которая послужила своего рода пробой сил для последующего создания МКС. В период с 1994 по 1998 год семь американских астронавтов провели на борту «Мира» в общей сложности около 1000 дней, работая, совместно с российскими коллегами. За это время корабли Space Shuttle десять раз стыковались с орбитальным комплексом «Мир». В ходе этих миссий участники учились эффективно взаимодействовать как на российской станции, так и в рамках совместного проекта.

Параллельно с реализацией программы «Мир — Шаттл» активно разворачивались проектно-конструкторские работы и подготовка производства элементов будущей станции. С открытием офисов связи в Хьюстоне и Москве специалисты обоих агентств приступили к согласованию стыковочных узлов, систем жизнеобеспечения и протоколов управления. В качестве базового элемента схемы МКС, выводимого на орбиту первым, был утверждён российский функционально-грузовой блок (ФГБ), создаваемый по техническому заданию американской стороны. Это решение нормативно закрепило, что конструкция Международной космической станции с самого начала проектировалась как единый интегральный комплекс, а не как совокупность изолированных космических аппаратов.

Что такое МКС, где она находится и с какой скоростью движется: полный гид

Россия вошла в проект не как поставщик услуг, а как соавтор и полноценный участник строительства. Первый элемент МКС — созданный в России ФГБ «Заря» — был успешно выведен на орбиту ракетой-носителем «Протон-К» 20 ноября 1998 года. Вслед за ним в декабре того же года к станции пристыковали американский соединительный модуль Unity, запущенный шаттлом, а в июле 2000 года — российский служебный модуль (СМ) «Звезда», выведенный «Протон-К». Российские модули обеспечили комплекс системами управления и жизнеобеспечения. Развёртывание этой базовой инфраструктуры позволило принять первый постоянный экипаж длительной экспедиции (МКС-1) в ноябре 2000 года.

Фото NASA