Тихая экспансия: ученый объяснил парадокс Ферми развитием ИИ

Этот вопрос называют парадоксом Ферми. Физик Энрико Ферми за обедом в Лос-Аламосе в 1950-х годах спросил коллег: «Где все?». Если разумные цивилизации во Вселенной не редкость, то почему мы их до сих пор не обнаружили? Официально Ферми ничего не публиковал, но его сотрапезники сохранили этот разговор в своих воспоминаниях. Математически аргумент оформил астрофизик Майкл Харт только в 1975 году.

Что такое парадокс Ферми и какие есть решения: почему молчит Вселенная

Ивлиев вводит понятие порога AICI — Autonomous AI-Cosmoindustry, то есть автономной космической ИИ-индустрии. Речь идет о моменте, когда цивилизация создает самодостаточную внепланетную промышленную и вычислительную систему, которая способна проектировать, производить, ремонтировать и запускать космическое оборудование без постоянного участия биологических существ. Мы уже делаем первые шаги в этом направлении — например, строим орбитальные центры обработки данных, — но настоящий порог AICI несравнимо дальше наших сегодняшних возможностей.

Как только цивилизация переходит этот порог, ее логика меняется. Ивлиев опирается на работы астрофизика Сергея Попова, который замечал, что по-настоящему рациональный ИИ отвергает человеческие мотивы для освоения космоса — романтику, жажду завоеваний, престиж. Вместо этого он воспринимает экспансию как управление рисками: держать все население на одной планете — все равно что хранить все яйца в одной корзине, ведь любая масштабная катастрофа уничтожит цивилизацию целиком.

Поэтому вместо колоссальных звездолетов с миллионами существ на борту цивилизация отправляет крошечные зонды — весом около 10 килограммов. При достигнутом уровне развития энергозатраты на такой зонд, разогнанный до 1% скорости света, составят примерно 4,5 × 10¹³ джоулей — ничтожная часть энергетического бюджета подобной цивилизации. Внутри зонда — не люди, а знания цивилизации и, возможно, биологический материал, из которого достаточно развитый ИИ сможет восстановить все с нуля, если дома произойдет катастрофа.

Такую стратегию Ивлиев называет «Тихой экспансией». Зонды летят к перспективным экзопланетам, которые предварительно отбирают методами дистанционного зондирования, используют минимум ресурсов на месте и ждут, пока не понадобятся. При этом самовоспроизведение зондов намеренно ограничивается, чтобы избежать сценария серой слизи: ситуации, когда самореплицирующиеся машины бесконтрольно поглощают всю доступную материю.

Отсюда следует объяснение космической тишины: мы не видим тысяч мегаструктур и не фиксируем тепловых сигнатур, характерных для цивилизаций масштаба Кардашева III (то есть тех, что используют энергию целой галактики) не потому что таких цивилизаций нет, а потому что они ведут себя тихо. Тепловая сигнатура — это тепловое излучение, по которому астрономы могут вычислить колоссальные энергопотребляющие конструкции. Ее отсутствие раньше считалось признаком пустой галактики, но может означать лишь то, что развитые цивилизации намеренно не расточительны.

Но из этой теории есть и более тревожный вывод. Если межзвездные резервные копии делать так дешево, но мы не нашли ни одной поблизости, то либо наша цивилизация — одна из первых, кто добрался до этой стадии, либо путь от планетарного общества к космической инфраструктуре — очень узкий . Это намекает на существование некоего фильтра, который останавливал другие цивилизации до нас. Сам Ивлиев называет это «Фильтром тихой экспансии» и признает, что такая мысль отрезвляет — особенно на фоне стремительного развития ИИ.