Гибкость субстрата: философы считают, что для сознания не нужен человеческий мозг
Сознание, скорее всего, свойственно не только людям — и даже не только существам из плоти и крови. К такому выводу пришли философы Эрик Швицгебель из Калифорнийского университета в Риверсайде и Джереми Побер, постдокторант Лиссабонского университета. Авторы не пытаются дать точное определение сознанию — это одна из самых старых и спорных задач философии. Вместо этого они принимают его как реальное и узнаваемое явление и задают более узкий вопрос: обязательно ли сознание связано именно с той биологией, которая случайно возникла на Земле? По их мнению, ответ — нет.
Центральное понятие их аргументации — «гибкость субстрата». Субстрат — это то, из чего что-то сделано, материал или физическая основа. Говорят, что свойство «гибко по субстрату», если оно может реализоваться на разных материалах. Чаша удерживает воду вне зависимости от того, сделана ли она из стекла, из пластика или из глины. Музыку можно записать и на виниловую пластинку, и на компакт-диск. Швицгебель и Побер утверждают, что сознание устроено так же: это явление, которое может возникать в разных физических системах, а не только в нейронах человеческого мозга.
Чтобы обосновать этот тезис, авторы обращаются к масштабу Вселенной. В наблюдаемой ее части насчитывается около триллиона галактик, планеты встречаются повсеместно, и большинство из них существуют в условиях, радикально отличающихся от земных. По консервативной оценке философов, как минимум тысяча технологически развитых внеземных цивилизаций существовала в истории космоса.
Что такое парадокс Ферми и какие есть решения: почему молчит Вселенная
И это заниженная цифра: один из недавних научных обзоров показал, что медианная оценка ученых составляет более одной цивилизации на галактику за все время ее существования . Если жизнь может возникать в столь разных химических условиях и на таком количестве планет, было бы очень странно, если бы каждый успешный эволюционный путь приводил ровно к одному и тому же биохимическому решению.
Даже на Земле природа не остановилась на единственном варианте нервной системы. Осьминоги, пчелы и собаки обрабатывают информацию принципиально по-разному. Осьминог — существо, которое часто называют инопланетным интеллектом здесь, на Земле, — видит, ощущает и думает иначе, чем любое позвоночное. Если уж в пределах одной планеты эволюция создала такое разнообразие умов, другие части Вселенной, по всей видимости, обходятся с этим не менее творчески.
Здесь Швицгебель и Побер вспоминают Коперника. Каждое крупное астрономическое открытие последних пяти столетий немного теснило человечество с пьедестала: Земля оказалась не центром Солнечной системы, Солнечная система — не центром галактики, а Млечный Путь — не центром Вселенной. Философы распространяют этот же принцип на разум и вводят формулировку «коперниканский принцип сознания». Считать, что осознанный опыт доступен только существам, биологически похожим на нас, — это, по их словам, «терроцентризм», неоправданное убеждение в привилегированности земной жизни.
Авторы при этом не утверждают, что каждое развитое существо во вселенной непременно обладает сознанием. Их позиция скромнее: если сознание вообще существует среди поведенчески сложных существ, было бы странно думать, что только организмы с нашей биохимией способны его иметь .
Неизбежно возникает вопрос об искусственном интеллекте. Здесь взгляды авторов расходятся. Побер осторожен: то, что сознание возможно в разных субстратах, не означает, что оно возможно в любом из них. Нынешнее железо, считает он, вполне может не подходить для саморефлексии.
Швицгебель смотрит на это иначе: как только мы отказываемся от биологии как обязательного условия, становится трудно объяснить, почему ИИ не может обладать сознанием. В одном они сходятся: настоящий вопрос не в том, может ли машина скопировать человеческий мозг, а в том, какие вообще системы способны осознавать себя.
На обложке генерация Pro Космос
Самое популярное
